Incerta. 1981: switching sides

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » hexes » 9.11.81 Ещё один способ признаться в любви


9.11.81 Ещё один способ признаться в любви

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

ЕЩЁ ОДИН СПОСОБ ПРИЗНАТЬСЯ В ЛЮБВИ
Мадемуазель Собак слыла культурной девушкой: в ее словаре было около ста восьмидесятти слов. При этом ей было известно одно такое слово, которое Эллочке не могло даже присниться. Это было богатое слово: гомосексуализм. Фима Собак, несомненно, была культурной девушкой. (с)
http://sh.uploads.ru/HsiYf.gif
Bellatrix Lestrange, Narcissa Malfoy
9 ноября 1981 года, понедельник; кабинет Люциуса Малфоя, 10.00 утра.
Вечером 8 ноября мадам Лестрейндж пришла сова от сестры. Восторженный дух письма нарушали первые буквы предложений, сложившиеся в слово "Приходи".

0

2

Когда Нарцисса писала письмо сестре, её руки дрожали. Беседа обернулась настоящим допросом, да таким, о котором дилетанты могли грезить. Мистер Гор напомнил Нарциссе картинку из "Фантастических зверей и мест их обитания" - нечто среднее между драконом и акромантулом, с челюстями, которые готовы впиться в жертву. Следователь, конечно, знал своё дело - никаких пространных вопросов, протокол допроса вёлся с точностью до количества секунд, которые Нарцисса тратила на обдумывание ответа, и даже её заминки и эмоции были отмечены волшебным вездесущим пером. Если аврорат взялся за домохозяйку, которая в принципе не могла представлять собой интереса, значит, дела плохи.
Дела ОЧЕНЬ плохи.
Супруг выглядел крайне спокойно, и, конечно, уже знал, что был допрос, а не вежливая беседа. Конечно, оспорить повод было бы затруднительно, да и недальновидно, но и держать руку на пульсе представлялось жизненно необходимым - ведь если сегодня допрашивают миссис Люциус Малфой, первую леди Сент-Мунго, то завтра рука поднимется и отменить процедуру дознания как таковую. Нарцисса этого допустить не могла - у неё был малолетний сын, которому нужна была и мать, и отец, у неё был муж, который сделал всё, чтобы уберечь Нарциссу от Тёмной Метки, у неё была сестра, положившая жизнь на прекрасный новый мир. Голова миссис Малфой представляла собой слишком ценный источник информации, и если Люциус и Беллатрикс могли о себе позаботиться, Нарцисса была слишком уязвима.
- Ненадолго, - заключила миссис Малфой, попросив супруга сходить к мистеру Фаджу и указать на кое-какие нарушения процедуры ведения допроса. Ему был вручен официальный пергамент с пометкой "приглашаетесь для беседы" на имя жены, а также была пересказана суть той самой беседы. Для пущей убедительности Нарцисса даже провела утро в безмолвии, вычисляя, что делать. Беллатрикс была ответом на все вопросы сразу.
- Проходи, Белла! - миссис Малфой вытащила сестру из камина за руку, абсолютно не обращая внимания на пепельную грязь из дымохода. Эльфы вылижут - в прямом смысле. Обе сестры Блэк оказались в самом неприступном месте особняка - кабинете Люциуса Малфоя, буквально нашпигованном древнейшими книгами, тайниками и фолиантами. Нарцисса вытащила волшебную палочку и задёрнула занавески и закрыла дверь на заклинания, прежде чем накинуться на Беллатрикс.
- Белла, ты должна мне помочь. Белла, мы все сгорим, если я не научусь защищаться! Этот аврор допрашивал меня только вербально, что бы было, если бы он владел легиллименцией? Это только первый допрос, я уверена, и Сириус будет предлогом, чтобы уничтожить всех нас! Драко... Ему нужна мать, Белла. Он должен расти с отцом! - Нарцисса всхлипнула, обняла сестру и ткнулась ей в плечо. Ради сына она готова была отдать жизнь, но, желательно, чужую. - Я знаю, ты можешь всё... Ты сильная... Ты выдающаяся... Как закрыть разум, как обмануть всех? Научи меня, умоляю!
Впервые в жизни Нарцисса опустилась перед сестрой на колени, обхватив её ноги руками и позволив себе зарыдать. До того, как она заходила в аврорат, поимка Блэка была чем-то весёлым; событием, которое вызывает приступ гомерического хохота. После общения со следователем молодая мать осознала, какая опасность висит над ними всеми. Вероятно, пришло время закалять сталь и становиться кем-то посерьёзнее домохозяйки и красивой постельной куколки. Под такой маской никто не будет искать подвоха.

+2

3

"Приходи". Белла расценила это как крик о помощи. Наутро она первым делом отправилась к сестре, воспользовавшись камином в собственной гостиной: этот путь невозможно было отследить — и хотя не было ничего такого в утреннем визите одной сестры в дом другой, Нарцисса предпочла оставить всё в тайне и не в привычках Беллы было спорить с людьми, соблюдающими осторожность.. "Кабинет Люциуса Малфоя", - произнесла она чётко и исчезла в зелёном облаке пороха.
Нарцисса уже ждала её, взбудораженная. Дверь была закрыта на заклинания, шторы задвинуты. Белла даже не успела спросить, что случилось, когда сестра заговорила, быстро, всхлипывая. 
Встань, Цисси, — Белла помогла сестре подняться с колен, затем усадила её в кресло. — Посмотри на меня. Успокойся. Всё будет хорошо. Я всё решу.
Такой сестру Белла ещё не видела: ей было страшно. Белла прошла это всё очень давно, ещё когда впервые совершила убийство в свои двадцать лет, когда не могла уснуть, ожидая, что вот-вот за ней придут и вот-вот её заберут прямо в Азкабан, без суда и следствия... Тогда Белла боялась больше всего, когда ещё не знала, хочет ли она умирать в двадцать или двадцать два. Теперь Белла знала, за что будет отбывать срок, если придётся. Нарцисса была ни при чём и была матерью — ей, наверное, было куда страшнее, чем сестре, которая иногда выпивала на ночь пару стаканов огневиски и засыпала, не мучимая тревожными снами.
Тише, — она обняла голову сестры и поцеловала ту в макушку, стоя рядом с креслом, в котором она сидела. — Тише, Цисси. Никто тебя не тронет, я не позволю.
Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Со смертью Повелителя всё шло как-то не так: сегодня вечером ей предстояло отправиться в камеру к Мальсиберу-младшему и исправить его память, оставив аврорам ненужные воспоминания о первой любви и школьных шалостях, полностью избавив мальчика от мыслей о Ставке, боевых товарищах и прочем, что могло бы выдать хоть кого-то из тех, кто всё ещё был на свободе.
Почему они допрашивали Нарциссу? Первая леди госпиталя святого Мунго, примерная мать и жена, закатывающая лучшие званые вечера в высшем обществе. Белла была бы куда более логичной целью: закрытая, себе на уме, на публике не светится, только и делает, что ходит по гостям да мантии выбирать в Косом переулке. Почему Нарцисса? Посчитали, что её будет проще сломать в случае чего? Кто-то донёс на Люциуса?
Сначала расскажи мне, кто тебя допрашивал, что спрашивали, всё, что может быть важно, — попросила Белла, отстранившись и наколдовав стакан воды для сестры.

+2

4

Нарцисса всегда знала, что Беллатрикс придёт - и станет светлее. Она разведёт тучи руками, прогонит страшный сон, останется в кровати Нарциссы до утра, сидя на краю и охраняя сон младшей сестры. С ней можно было обниматься в грозу, когда раскаты грома и вспышки молнии наводили тоску глубоких раздумий. Ближе сестры, возможно, у Нарциссы никого и не было; Драко был ещё слишком мал, чтобы понимать слова любви матери и отца, а мадам Блэк недавно овдовела, и теперь совершенно отдалилась от обеих своих дочерей. С уходом Андромеды две оставшиеся дочери стали ещё ближе между собой, и Нарцисса иногда сожалела, что их разделяют без малого четыре года разницы в возрасте.
Она стояла на коленях посреди кабинета мужа, куда никогда не отважилась бы зайти без ведома Люциуса и без вежливого стука. Она рыдала от страха, потому что Драко мог остаться один, как этот несчастный малыш Поттеров; но только ублюдка Поттеров магический мир готов был носить на руках, записываясь в очередь на целование пяточки. Драко Люциус Малфой, если его отец и мать будут признаны виновными, останется навсегда один, всеми покинутый. Он может никогда не узнать ни любви, ни ласки - и именно потому его молодая мать стояла на коленях посреди кабинета мужа, куда никогда не отважилась бы зайти без ведома Люциуса и без вежливого стука.
Беллатрикс усадила сестру в кресло, и Нарцисса смотрела на неё, как было сказано. Беллатрикс справила тридцатилетие, но выглядела куда старше, хотя морщин у неё не было. Её чёрные глаза-жуки буравили всё и вся, стараясь докопаться до истины, словно взглядом эта женщина могла приговаривать к смерти или узнавать сокрытое. Нарцисса судорожно сглотнула, стараясь успокоиться как можно быстрее и прекратить рыдать, но мысли о сыне и о муже не оставляли молодую Малфой. Сердце бешено колотилось в груди, сестра протягивала стакан воды, так необходимый Циссе.
- С-с-с-пасибо, - Нарцисса поблагодарила сестру, зная, что сейчас она не способна ни на какое мало-мальски простое колдовство. Получив дозу воды, леди Малфой начала излагать мысли - настолько связно, насколько была способна.
- Дело н-не во мне, Белла... Дело во всех нас! Я не хочу быть причиной нашего конца, - мадам Малфой нахмурила брови, воссоздавая в памяти картину допроса. Она держалась молодцом, как ей казалось, она смогла правильно ответить на вопросы... Иллюзии бились не хуже посуды в семейном скандале.
- Аврор начал копать. Когда мы виделись с Сириусом, где, при каких обстоятельствах, каким он был в школе, с кем дружил и общался, был ли замечен в чём-то недостойном, какие отношения связывали его с родственниками. Я... Я всё рассказала честно - что он всегда был криминальным элементом, мерзким, ужасным, якшался с такими же, как он, и что в школе применял запретную магию к полукровкам. Но это же ложь, Белла. Мы же знаем, что Сириус никогда не был в Ставке. Мне необходимо научиться защищать свой разум, ради всех нас, ради Драко! Умоляю, Белла!... Здесь, у Люциуса, есть всё необходимое, рецепты, книги, артефакты, - она истерично перебирала всё, на что падал глаз. Ей казалось, что именно в кабинете мужа можно было найти способ закрыть мысли и эмоции от авроров - ради Драко. Даже если леди Малфой пришлось бы сожрать яйца докси, чтобы обрести способность врать и не краснеть ради семьи, она бы приступила к трапезе мгновенно.
Нарцисса снова подняла полные слёз глаза на сестру. Это был только первый допрос из череды ему подобных. За ним последуют вызовы друзей Блэка и другой кузины Блэк, которая расскажет, чем знамениты Нарцисса и Беллатрикс. Подобным ухищрениям можно было противопоставить только единство и чистейшие мозги - во всех смыслах.

+2

5

Так-так... — Белла кивала. Легенда пока сходится: она была уверена, что если допрос дойдёт до опальной Андромеды, она-то уж выложит, насколько чист её кузен Сириус и какой он прекрасный человек, в отличие от её сестёр, которые не поддержали замужество с грязнокровкой. Впрочем, и на это у Беллы был достойный аргумент: сестрица всегда баловала и поощряла младшего кузена, оба они отреклись от семьи и были позором на светлые головы Вальбурги и Друэллы. О таком позоре лучше не вспоминать — именно поэтому Белла бы сделала всё возможное, чтобы избавить от допросов обеих матерей. Друэлла ещё могла понимать, как опасно болтать лишнее, а Вальбурга, во власти эмоций, рассказала бы куда больше, чем если бы просто сдавала всех Пожирателей прямо по списку.
Ты рассказывала об этом Люциусу? — Белла слегка забеспокоилась. Вопросы на первый взгляд не представляли из себя ничего особенного: просто вопросы, следователь просто прощупывал обстановку в семье преступника и хотел переговорить с ближайшими родственниками задержанного, так как наверняка его дружки, как один, утверждали, что Сириус — не поганец, а чист, как слеза младенца. Только вот попробуй докажи, когда он все школьные годы славился своими выступлениями "против всех" и изрядно попортил крови своим родителям, когда сбежал из дома и жил непонятно где и непонятно на что.
Прекрати умолять меня, Цисси! — Белла тут же сбавила тон, почувствовав, как начинает злиться. — В этом нет необходимости. Я научу.
В конце концов, сестра права: несмотря на то, что на вмешательство в чужой разум аврорату необходимо подписать кучу бумажек и получить разрешение, вызвать специалиста по работе с памятью и только тогда... несмотря на это Белла не была уверена, что они не будут играть грязно: опытный легилимент скорее всего даже не оставит за собой следов, пробежавшись по поверхности мыслей очень волнующейся мадам Малфой — там всё будет, как на ладони, абсолютно всё то, что она так хочет скрыть.
Это, — она кивнула на книги и прочее, что там лежало на столе у Люциуса Малфоя, — нам не понадобится. Понадобится твоя полная сосредоточенность. Слушай меня внимательно.
Белла отошла к столу и оперлась на него, достала палочку из чехла на рукаве и, покрутив в руках, положила её рядом с собой на столешницу.
Первое — когда ты волнуешься, ты думаешь о том, что тебе нельзя выдать. Тем самым ты подсовываешь легилименту нужные воспоминания, ему даже не придётся копаться в твоей памяти, чтобы что-то найти. Лучший совет — не думать, ни о чём. Оставаться спокойной, очистить разум от мыслей и эмоций... Это сложно, особенно когда ты под давлением, но это залог успешной окллюменции. Спокойствие. Мысли только по поводу беседы. Ничего лишнего, полная сосредоточенность.
Почти все неопытные люди доказывали на себе это правило: только очень редкий человек мог сдерживать собственное волнение и тем самым путать следы пустившегося в путешествие по чертогам чужого разума.
Второе — наиболее эмоциональные воспоминания опасно трогать, может сработать механизм защиты и твой разум сам выставит блок для легилимента. Всё то, что для тебя очень личное: ночи с Люциусом, рождение Драко, какие-то личные секреты... Очень личное, тебе лучше знать. Эти воспоминания опытный легилимент будет стараться обходить, однако ты можешь выдавать ему их вместо того, что хочешь скрыть, прятать одно за другим. Это самое простое правило для начинающих, его можно обойти при должной осторожности, но всегда есть риск задеть неверное воспоминание и оказаться за пределами чужого разума. А это бывает больно, — она ухмыльнулась, ведь и её саму не раз и не два выбрасывало из чужой памяти, пока она отрабатывала навыки на всех, кто подворачивался под руку.
Третье — если легилимент не знает, что ищет, ему гораздо сложнее. Чем он опытнее, тем быстрее ориентируется, однако новички не знают, как упорядочивать информацию и как воспоминания могут быть расположены. Чем опытнее легилимент, тем меньше ему нужно времени, чтобы найти желаемое. Ты можешь усложнить задачу, я уже говорила, как это сделать.

И последнее — ставить блок на определённые воспоминания так, чтобы ты управляла тем, что видит легилимент, а что нет, очень сложно, но возможно. Тебе нужно, чтобы они были нейтральными — иначе их будет сразу видно. Ты не должна думать о них, точно их и нет. Ты скорее всего почувствуешь вторжение в свою голову, если легилимент будет не слишком опытный — запомни, всем легилиментам необходим зрительный контакт, — но если ты расслаблена и спокойна, у тебя всё получится. Понимаешь?
Белла выдохнула и взяла палочку в руки.
Я могу проникать в разум без палочки, но пока буду делать это с заклинанием, чтобы тебе было легче сориентироваться. Я буду пробовать проникать в твой разум, а ты можешь защищаться любым способом. Я буду делать это так заметно, как могу — для начала. Твоя задача — не позволить мне добраться до того, что ты хочешь от меня скрыть, выбери что-нибудь, о чём я не знаю, тогда мне сложнее будет искать. Держи палочку, если будет больно, можешь выбросить меня магией. Начнём с этого — потом тебе придётся справляться без палочки и не прерывая зрительного контакта. Справишься? Тогда Legilimens!

+2

6

Мало помалу Нарцисса приходила в себя. Повествование любого рода неплохо успокаивало. Рассказ-описание чем-то всегда походил на рукоделие - каждая деталь была важна, а чтобы всё удержать в памяти, приходилось размеренно перебирать мысли, одну за другой - и потому-то нервы приходили в порядок, а по телу наконец-то побежало тепло спокойствия. Каждый раз, когда Цисси звала Беллу, становилось лучше, и даже если пяти минут назад по жизни миссис Малфой прошёлся ураган смерти, то в обществе сестры все горести и невзгоды казались позавчерашними газетами, годными для растопки камина.
- Люциус был первым, кто узнал о том, что случилось в кабинете мистера Альфантуса Гора, Белла. Конечно, я рассказала ему обо всём в деталях. Сейчас он, думаю, где-то у Фаджа, ну, первого заместителя министра. В конце концов, в официальном письме значилось "беседа", а не "допрос", и высшим чинам следует знать, как себя вести. Успокоиться, да... - Нарцисса подняла глаза на сестру и вспомнила о Драко, о том, что её сын нуждается в защите и в материнской заботе. О тех разделах магии, которые были подвластны мужу и сестре, леди Малфой иногда даже не слышала - к своему собственному стыду. Она мало знала о способах защиты разума, не была искушённым зельеваром, и даже трансфигурация давалась ей не без труда, однако, так или иначе, она была волшебницей, чистокровной, из достойного рода; она была сестрой, женой и матерью, и каждая из этих отметин семейных связей по-своему накладывала отпечаток на её решительность и рвение. Даже если бы Беллатрикс сказала, что способ, которым можно оградиться от вмешательства извне, подразумевает взлом тайником мужа, Нарцисса бы не повела и бровью. Люциус тоже отдаст за Драко всё, что потребуется. Наверное, потому Малфои и были связаны крепче, чем остальные пары, выбиравшие другой путь для своих семей.
Нарцисса выпрямила спину и оставила своё мнение и свои мысли при себе. Послушание сделало из неё человека, который ошибается крайне редко, предпочитая учитывать опыт других людей. Когда Белла советовала плохое? Тем более, сейчас от мадам Малфой требовалось то, что было её визитной карточкой, её отличительной чертой - спокойствие, безэмоциональность, душевный штиль. Её было трудно вывести из равновесия, однако, далеко не невозможно, и сама Нарцисса это понимала. То, что многие годы ей вчиняли в недостаток, то, что её муж считал холодом и безразличием, должно было стать надёжнейшей защитой. Это значило лишь одно - стоило прекратить умолять и рыдать. Стоило собраться, стоило выключить бестолковые эмоции - и сражаться, если не за себя, то за Люциуса, за Беллу, за сына, за всю их семью, связанную тесно, слишком тесно, чтобы оступиться.
Нарцисса молча слушала сестру, старательно запоминая то, что говорила сестра. Личные воспоминания заставляли гореть саму Цисси - когда сестра привела примеры таких сокрытых мыслей, мадам Малфой постаралась не покраснеть слишком явно. Ей показалось отчасти забавным то, что она сможет научиться подсовывать министерским собакам под нос, как её раздевает Люциус, а не то, что у её родных есть метки преступников и палачей. В конце концов, страдавшие болезнью на букву "н" трудоголики должны были рано или поздно получить по заслугам за нечистую работу. Но что Нарцисса могла скрыть от Беллы? Между ними никогда не было секретов, и миссис Малфой задумалась над тем, что придётся скрывать от родной сестры. Она видела её смерть на картах? Но в Таро Смерть не конец, а вестник. Она... Ах, да. Андромеда. Как же она раньше не догадалась... Она делает пожертвования в Мунго ради того, чтобы Тонкс, маггловское отродье, получал больше денег, и Меда жила чуточку лучше. Ну, ладно, не смертельно.
- То есть, я должна говорить одно, а думать о другом? - Нарцисса старалась понять принцип и суть того, чем собралась заниматься. За глупые вопросы ей точно не будет ничего плохого.
- Расслабиться. Не думать ни о чём. Думать о том, что личное, если надо защищаться. Я готова, - наверное, Нарцисса выглядела очень впечатляюще. Это была молодая мать, готовая принести в жертву своё сознание ради сына. Это была жена, готовая подвергнуть себя опасности ради мужа. Это была сестра, готовая на пытки ради зова крови. Это была дочь, достойная и гордая. Она прикрыла на секундочку глаза, достала волшебную палочку и с вызовом посмотрела на сестру. Если может Белла - сможет и Нарцисса. Она не почувствовала боли, когда сестра скользнула по ней заклинанием - и перед глазами поплыли какие-то картинки, подвешенные, как фотографии, на стенках её собственного мозга. Нарцисса старалась не вглядываться в них, как будто пропуская мимо и не фокусируя взгляда: что-то очень зелёное и очень пасторальное, что-то очень тёмное, пару отрубленных голов эльфов. Лицо Беллатрикс, которой исполнилось двенадцать, лицо пятнадцатилетнего Люциуса, личико только что родившегося Драко - Нарцисса почувствовала, что не хочет пропускать гостью дальше, в память. В конце концов, защита личными воспоминаниями, какими бы они ни были, казалась ей чуточку странной - и Мерлину ясно, что стоит Беллатрикс увидеть, например, не совсем спальню Малфоев и не совсем одетого супруга леди Малфой, как она поймёт, чем можно одолеть Цисси. Поугрожайте Люциусу - и жизнь не покажется вам тыквенным печеньем... В какой-то момент ей захотелось закричать, и она закричала:
- Protego!!!
Её визг утонул в давящей обстановке кабинета Люциуса Малфоя. Ощущения, которые испытала его законная жена, можно было описать тремя словами: меня вывернуло наизнанку.

Кубик на способность к окклюменции

1 - плохие способности, практически полная невосприимчивость к новой способности;
6 - талант к окклюменции.
Выпадает 5.

0

7

Белла была готова к тому, что сестра будет сопротивляться как в последний раз, но не была уверена, что у неё это получится. Её шатнуло, как только сестра закричала; она взмахнула палочкой — "Finite" — но она всё равно сделала неловкий шаг назад, когда тело её качнулось от ударной волны заклинания. Белла ударилась спиной о шкаф, с полки которого что-то упало к её ногам, но она не обратила на это внимание.
Неплохо, — произнесла Белла, слегка отойдя от выброса из чужого сознания. — Очень неплохо.
Беллатрикс никогда не думала об этом, но, видимо, в их семье существовал передающийся по наследству дар, способность к ментальной магии. Сама она никогда не обращала внимание, как по сравнению с другими легко ей давалась эта область магии, как быстро она продвигалась по лестнице изучения этого раздела магии под чутким руководством более опытного волшебника. Нарцисса сейчас доказывала Белле: это было неслучайно. Не каждый может дать хоть какой-то результат в первую свою попытку сопротивления опытному легилименту, пусть и играющему не по самым высоким стандартам для чистоты эксперимента.
Белла видела разум многих людей изнутри, она была одной из тех, кто занимался в Ставке чисткой памяти неугодным; конечно, она была не единственной, владеющей данной магией, но одной из тех, кто мог сделать это быстро и профессионально. Сейчас ей впервые пришлось выступать в роли учителя, роли, которая мало подходила ей, как она считала.
Тебе придётся научиться делать это без палочки, спокойно, не разрывая зрительного контакта, — Белла поправила волосы и наклонилась за упавшей с полки книгой. — На это нужны месяцы тренировок, но у тебя получится. Ты молодец, Цисси.
Она отвернулась к шкафу, поставила книгу и задержалась на мгновение, глядя на полные полки предметов, принадлежащих Люциусу Малфою. Всё становилось серьёзнее, гораздо серьёзнее, раз приходилось учить малышку Цисси защищать разум от вторжения.
Попробуем ещё раз? Не волнуйся, не думай ни о чём важном, я буду менее деликатна в этот раз.
Красным полыхало что-то очень личное, но Белла туда не добралась. В конце концов, дотронься она до окрашенного красным, Цисси вышибла бы её из собственной памяти с ещё большей скоростью — возможно, тогда Белла бы не отделалась лёгким ударом спиной о полки.
Было ещё кое-что, но Белле хотелось посмотреть на картинку поближе прежде, чем задавать свой вопрос.
Legilimens!

+1

8

От осознания того, что у неё что-то получилось, Нарцисса готова была закричать от восторга. Десять минут назад она стояла на коленях посреди мужниного кабинета, умоляю сестру научить её каким-нибудь способом защищать разум от постороннего вторжения - и не просто разум, наполненный личными мыслишками, подобно девичьему дневнику, но голову, владеющую очень и очень важной информацией. Возможно, ей просто повезло, и заслуги самой леди Малфой в удачном начале урока было совершенно немного - а, может, у Блэков и правда были врождённые способности к ментальной магии. Так или иначе, Нарцисса была рада - как ребёнок, который только что выиграл сражение за снежную крепость. Никакой гарантии, что её не снесут позже, для него не существовало, но один, первый, важный бой был выигран.
- Ты не должна меня жалеть, Белла. От моих успехов зависим все мы, - Нарцисса поднялась на ноги и попыталась не обращать никакого внимания на головную боль, появившуюся после первой попытки вмешаться в воспоминания. Только полная концентрация и никаких раздражителей смогут обеспечить её сыну идеальную защиту, за которой он будет чувствовать себя в безопасности. Голубые глаза Драко словно подсвечивали тернистый путь Нарциссы на поприще изучения окклюменции - мать, и мать любящая, она чувствовала себя несколько увереннее, когда думала о том, что может помочь мужу выкарабкаться из всего того, что с ними случилось за последние девять дней. Она у Люциуса одна, и им никто не поможет.
- Я понимаю. Месяцев у нас нет, поэтому мне придётся научиться делать это быстрее - а иного пути нет ни у кого из нас. Даже если я окажусь бездарна, мне придётся изобрести способ постичь эту науку, - Нарцисса спокойно подняла волшебную палочку, прикрыв глаза на пару секунд. Ей в голову пришла мысль о том, что окклюменция, которой её учила Беллатрикс, сродни камню, брошенному в огромную гладь озера воспоминаний и чувств - всё то, что может выбросить камень, все жители этого водоёма - личные чувства, переживания, воспоминания - все стоят на страже спокойствия, и задача хозяйки - как можно быстрее заставить гладкую поверхность восстановиться. А потом и совсем не нарушать её, сколько бы вторжений она ни переживала.
Заклинание вновь скользнуло по ней, и Нарцисса остекленело уставилась перед собой, отключив всякие попытки мозга думать хоть о чём-либо и заставив себя медленно считать от одного до десяти на разных языках. На цифре "пять", произнесённой по-французски мысленно, перед ней открылись глаза мужа. Воспоминанию было около пяти лет, и Нарцисса ощутила страх, который сопровождал её тогда - страх, что муж узнает, что она пьёт магический аналог противозачаточного средства. Она взвизгнула, захлопнув глаза.
Между тем, в её голове воцарился хаос. Она затолкала лицо мужа Андромеды, подслушанного в Сент-Мунго много лет назад, глубже в себя.

+1

9

Как бы ты ни была талантлива, Цисси — а видит Мерлин, это так, — тебе не хватит нескольких дней на то, чтобы обмануть опытного легилимента, — Белла покачала головой. Конечно, это уже кое-что: люди, мало времени уделявшие легилименции, будут обмануты; поверхностное сканирование воспоминаний в светлой головке Нарциссы тоже скорее всего ни к чему не приведёт, но если кому-то вздумается в действительности докопаться до её самого сокровенного... Белла не была уверена, что даже её собственный ментальный блок сможет противостоять напору настоящего профессионала, желающего добраться до правды.
Но будем делать всё возможное, — она улыбнулась сестре. Та действительно держалась молодцом: Белла невольно вспомнила свои первые тренировки в деле защиты разума и улыбка с её лица мгновенно спала. Господин...

Господин был мёртв, а всё, что оставалось Белле — это те воспоминания о том, как он был добр к ней и какого чудесного учителя упустил Хогвартс, испугавшись его величия.

Ладно, сделаем перерыв. Выпьем чаю и попробуем ещё. Нам нужно немного восстановить силы и, что уж там, подумать, в каком русле продолжать дальше, — Белла замолчала на мгновение. Ментальная магия выматывала и она решила, что не хочет мучить сестру дольше положенного. В конце концов, чай и какая-нибудь сладость приведут их в порядок, а потом можно продолжить. За это время ей придётся обдумать, что делать дальше — или судорожно вспоминать, как проходило её обучение, не отвлекаясь на щемящую боль по Повелителю, засевшую где-то в груди. 
И, Цисси... — произнесла она. — А, ладно. Ничего. Пойдём пить чай.
Возможно, потом — потом Белла спросит про так и не давшиеся ей полностью обрывки воспоминаний о Сент-Мунго.

+1


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » hexes » 9.11.81 Ещё один способ признаться в любви


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC