Incerta. 1981: switching sides

Объявление

Текущие события:

♦ Питер Петтигрю... Воскрес?!
♦ Дело Сириуса Блэка было передано Кингсли Шеклболту. На очереди допросы Андромеды Тонкс и Ремуса Люпина.
♦ Так ли невинны развлечения чистокровных семей?
♦ Вслед за супругой допрашивается Люциус Малфой. Рабочий день для министерской чиновницы Форли станет последним?
♦ Вместо пирожных к чаю миссис Друэлла Блэк получает секретные сведения от школьной подруги.
Навигация:
сюжетгостеваяновостиfaq
роливнешностихронология
нужныешаблон анкетыnpc

Palantir

Связь с администрацией:
Skype: incerta.1981

ВНИМАНИЕ: ПЕРЕКЛИЧКА!
Nota bene!
На форуме используется народный перевод книг Дж. К. Роулинг.
Внимание! Могут быть освобождены некоторые роли из списка занятых. Обращаться в гостевую.
Администрация напоминает...
В игру требуются:
♜ Очень рыжие супруги Molly & Arthur Weasley;
♜ Акула пера Rita Skeeter;
♜ Оплот справедливости Amelia Bones;
♜ Таинственная и загадочная чёрная пантера Mrs. Zabini;
♜ Брат и Пожиратель Смерти Rabastan Lestrange;
♜ Молодая и сильная Emmeline Vance;
♜...а также несостоявшаяся супруга Barbara Greengrass и лучший друг N. Nott.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » fountain of wine » 30.11.81 Cherchez la femme!


30.11.81 Cherchez la femme!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

CHERCHEZ LA FEMME!
В наше время, дорогой мой, когда наблюдаешь за политической игрой, надо говорить не «ищите женщину», а «ищите выгоду». (с) «Милый Друг»
http://sh.uploads.ru/HsiYf.gif
Narcissa Malfoy, Lucius Malfoy, Druella Black
30 ноября 1981 года, понедельник, 19.00; столовая в поместье Малфоев.
На ужин к Люциусу и Нарциссе пожаловала миссис Блэк. Что же имеет тёща сказать зятю и собственной дочери?

0

2

Тридцатого ноября ужин Люциуса и Нарциссы начался совершенно не с закусок, которые приготовили заботливые малыши-эльфы. Голос Добби, бестолкового слуги Люциуса, возвестил о прибытии мадам Блэк - вот так вот, как снег на голову, как гром среди ясного неба, без приглашения и без церемоний, которые ей были свойственны, мать Нарциссы появилась в поместье Малфоев, и леди Малфой, и без того практически потерявшая аппетит от событий последнего месяца, оставалось только удивляться, почему мама не предупредила о визите. В той аристократической игре, какая без начала и конца сопровождала всякого рода великосветскую жизнь, было невозможно понять, что за отношения установились между Друэллой Блэк и Люциусом - то ли они действительно относились друг к другу по-семейному, то ли делали вид, что бесконечно уважают друг друга и ценят. До тех пор, пока на семье не лежал печатью греха позор выяснения отношений и базарной грызни, Нарциссе, мягко говоря, было безразлично, насколько Люциус не переносит тёщу, даже если это было и не так, и насколько мама не любит Люциуса. Пока всё выглядело мирно, леди Малфой не повела бы и бровью на эту тему.
- Мама? - Нарцисса царственно поднялась с обеденного стула, отставив в сторону кубок с соком. Зная, что после рождения Драко её тело слегка ослабло, она не рисковала и не приказывала подавать себе лишний раз вина. С пятого июня прошлого года ей хватило бы пальцев одной руки, чтобы пересчитать кубки с выпитым божоле эльфийского производства.
- Мы бы поставили прибор заранее, если бы ты сообщила о приходе. Добби, прибор, - под сводами столовой раздался не терпящий возражений голос мадам Малфой, которая не торопилась присаживаться назад, пока леди Блэк не заняла место за столом, и пока перед ней не появилась золотая тарелка, кубок и столовые приборы. - Что привело тебя к нам так... Неожиданно? - Нарцисса наконец-то опустилась на стул, тревожно посмотрев на Люциуса. Жить в тревоге она привыкла, но нежелание лишний раз напоминать об этом себе и мужу было достаточно сильным.

+3

3

Раньше мадам Блэк испытывала смешанные чувства к каждому, кто по какой-либо причине не желает видеть очевидного. Нынче же, она отдала бы весьма многое за возможность еще немного поумиляться или повозмущаться слепоте в частности Министерства Магии, ибо внезапное прозрение последних сулило довольно много неприятностей. Как только весть об исчезновении Темного Лорда облетела Магическую Британии, чиновники поняли, что им не нужно было более вещать откровенный бред о том, что грязнокровки якобы сами пускали себе аваду в лоб, предварительно оставив над собственным жилищем весьма странную метку, очертание которой многим все еще является в кошмарных снах. Нынче же каждая канцелярская крыса понимала, кого следует винить в этих убийствах. Темные искусства и заклятья, используемые Вальпургиевыми Рыцарями, кои невозможно изучить в Хогвартсе (настолько, чтобы можно было использовать их на практике) и нетерпимость аристократов к нечистокровным, которая никогда в общем-то не скрывалась – казалось бы, среди кого искать очевидно. Но пресловутое очевидное посмели произнести лишь после падения волшебника, чье имя даже сейчас опасались произносить вслух. Это не мешало, конечно станцевать на костях почившего и несостоявшегося властелина мира. И не помешало устроить охоту на ведьм (а заодно и магов), тем более чистокровных. Выгоды слишком очевидны, чтобы упускать их. Не каждый день выпадает возможность поправить свое финансовое положение, прозрачно и деликатно намекнув счастливым обладателем внушительного количества галеонов на определенную сумму, которая может избавить от нежелательного и слишком пристального внимания Министерства. Скорее всего, самого скупого чиновники и выставят в качестве «мальчика для битья» и всеобщего общественного порицания, после чего благополучно отправят в Азкабан. Казалось бы, при таком развитии событий, Малфои – последние, кому суждено нечто подобное. Но то ли следователи и дознаватели попадись честные, совестливые и чистоплотные, то ли одной взятки было мало, то ли случилось еще что-то непредвиденное на допросах, но факт оставался фактом. Хелена утверждала, что за её дочерью и её супругом велась слежка. Причин врать у миссис Виридиан не было, а потому, едва школьная подруга переступила порог камина и возвратилась восвояси, Друэлла ни минуты не медля и не желая тратить время на соблюдение этикета, отправилась сообщить лорду и леди Малфой весьма неприятные новости.
− Здравствуй, Нарцисса, − произносит миссис Блэк. – Люциус, − обменявшись с зятем и дочерью приветствиями, женщина, наконец, опускается в кресло. Перед ней на столе тут же появляются приборы, эльфы вот-вот должны были подать закуски. Посему, Элла решила не перебивать гостеприимным хозяевам аппетит десертом, который оный весьма подпортит. Достаточно было и того, что мадам Блэк явилась без приглашения. – Надеюсь, вы не рассердитесь на меня за это вторжение, − улыбаясь роняет Элла. Она не спрашивает, она утверждает, тем самым давая понять – на то есть свои, безусловно веские причины. И вовсе не те, что она собирается озвучить. Паранойя не спешит отступать, что не удивительно, учитывая последние известия. – Признаться, после разговора со старой школьной подругой, мне ужасно захотелось проведать вас с Драко, − на лице мадам Блэк выражение загадочной грусти: все же юный лорд Малфой – единственный внук, который у Друэллы когда-либо будет. – Он, наверное, уже спит, но все же я хотела бы взглянуть на него, − ведьма уверена, что детская – самое безопасное место во всем поместье. По крайней мере, сама она, как и Сигнус, устанавливали на комнаты девочек настолько мощные чары, которые беспрепятственно могли миновать разве что эльфы. Впрочем, кабинет главы семейства тоже подходил для разговоров, кои не предназначались для чужих ушей. Но для этого Люциус должен пригласить женщин сам. И понять, что теща желает быть услышанной и выслушанной, разумеется.

Отредактировано Druella Black (26-08-2015 11:29:00)

+3

4

- Миссис Блэк, - пора было окончательно разучиться удивляться чему-либо, и прибытие бесконечно уважаемой тещи к ужину еще раз напомнил об этой директиве. Как ни странно, но к этому визиту Люциус отнесся положительно. Он и прежде старался поддерживать с матерью своей супруги доброжелательные отношения, хотя бы потому, что не считал себя глупцом, который станет по доброй воле объединять против себя женщин, да еще и носящих такую фамилию, но о прибытии к ужину гостей предпочитал узнавать заранее, чтобы иметь возможность подготовить соответствующий их положению антураж.
- Можете быть уверены, что вас всегда рады видеть в этих стенах, - опустившись вслед за женщинами на свое законное место во главе стола, лорд Малфой внимательно выслушал слова Друэллы Блэк. То, что сия дама не торопилась раскрыть истинную причину своего визита, могло означать, что мотивы у нее были весьма серьезные. Как бы то ни было, любая информация сейчас была ценной для Люциуса, выбиравшего, на кого из министерских чиновников следует сделать ставку. Пока фаворитом числился милейший Корнелиус Фадж – волшебник, не блещущий умом, но способный при грамотном манипулировании и помощи со стороны превратиться в весьма ценный актив. Во всяком случае, он не был тронут той благородной яростью, в которую ныне стало можно впадать при упоминании последователей Темного Лорда. В Фадже были задатки честного политика и друга, продающегося только один раз.
- Драко… полагаю, это возможно. Дорогая? – взглянув на супругу, Люциус кивнул, давая Нарциссе возможность принять это житейское решение. До определенного возраста наследник будет в большей степени воспитываться матерью, но когда-нибудь придет и время отца внести свой вклад в развитие будущего хозяина этих стен, ибо каждый Малфой был обязан приложить все силы к тому, чтобы они стояли вечно.
- За старых друзей, - внимательно глядя на мадам Блэк, мужчина поднял кубок с выгравированной фамильной монограммой и отпил из него. Вино, хоть он и знал в нем толк, не относилось к числу его любимых напитков, однако оно весьма удачно дополняло вкус кушаний. – Только они могут проложить тропинку в детство.

+3

5

- Мама, наши двери всегда открыты для тебя, - Нарцисса лениво водила вилкой по тарелке, как действовала бы всякая воспитанная девушка при отсутствии аппетита. Иногда в светлой голове Нарциссы Малфой возникали вопросы вроде того, сколько поваренных рецептов знают эльфы - их маленькие страшненькие головки, казалось, совершенно не были предназначены для хранения хоть сколько-нибудь полезной информации. Однако, кролик, вымоченный в молоке и поданный с клюквенным соусом, сегодня был выше всяких похвал - которых, впрочем, эльфы никогда бы и не услышали ни от Люциуса, ни от Нарциссы. Драко говорил пока только что-то очень детское, понятное только собственной матери, но и он никогда не сказал бы эльфу ни слова благодарности. Это было абсолютно нормальным явлением.
Нарцисса приподняла бокал со смесью кизила и бузины. Жутко полезно. С лакрицей даже вкусно.
Как, впрочем, и желание матери увидеть сына - и мадам Малфой отдала бы, как всегда не свою, но руку на отсечение, что матушка хотела о чём-то поговорить. Почему она не начала с действительной причины визита к Малфоям, Нарцисса не знала; вряд ли дело было в желании отдать должное эльфийской стряпне. Возможно, матушка и правда хотела подержать на руках единственного внука, а, может, хотела попасть куда-нибудь в детскую. Люциус не задавал вопроса, когда говорил о возможности повидать Драко - миссис Малфой даже в голову не пришло, что могло бы быть иначе. Нарцисса бросила взгляд на фамильные часы, абсолютно немаггловская система которых напоминала, скорее, астролябию чем хронометр. Двадцать минут восьмого.
- Безусловно. В восемь часов Драко будет купаться, и его режим лучше не нарушать. Но свою бабушку он будет рад видеть. Идём, - мадам Малфой поднялась из-за стола. Через несколько минут семья уже заходила в комнату Драко, назвать которую "детской" было бы весьма неразумно. Этой комнатой, устроенной в противоположном конце коридора от их с Люциусом спальни, леди Малфой гордилась - всё внутри напоминало о том, что в семье воспитывается маленький идеальный принц. Воссозданная в стиле средневекового замка, она напоминала уменьшенную копию Уорвикской твердыни на реке Эйвон в центральной части Англии: кроватка была оформлена в стиле зубцов главной башни, на каменной кладке стен висели вымпела и знамёна (на самом деле, только три - гербы родов Малфой, Монтэгю и Блэк в различных вариациях), посреди, вместо маггловских "каруселей", призванных развлекать простецких детишек, прямо в воздухе медленно и успокаивающе вращалась звёздная модель Солнечной системы - с планетами, их спутниками, в центре которой было самое настоящее Солнце - небольшое, но согревающее всю комнату своим светом и теплом. Волшебные мечи, игрушечные мётлы и целая детская лаборатория, в которой можно было смешивать почти настоящие зелья - безопасность ребёнка при всём этом обилии счастья оставалась абсолютной. Защищённость магией и родительской любовью завершала этот апофеоз инжернерной мысли миссис Малфой, которая всё придумывала сама практически с первых дней, когда узнала, что ждёт наследника. Драко что-то смешивал в уголке, и мадам Малфой взяла его на руки, на какое-то мгновение забыв, что в комнате есть ещё муж, любимый и ненаглядный, и матушка, тоже любимая и незаменимая. Для матери нет ничего более вечного, чем момент единения с Вселенной в виде ребёнка на собственных руках.
- Милый, пойдёшь к бабушке? Бабушка тебя любит. Мама с папой тебя любят, - в голосе мадам Малфой никогда не было ни капли неуважения к ребёнку в виде обычного сюсюканья. В её понимании сын с первых дней жизни заслуживал отношения к себе как к равному, и ему предполагалось доносить всё в простой, но серьёзной форме. Сдобренные бесполезным мёдом слюни были уделом отребья. Драко был идеальным ребёнком, которому предполагалось вырасти достойным продолжателем родов Малфой и Блэк.
Ребёнок не капризничал, когда мать оторвала его от вечерней игры в Парацельса. Всё равно его пустят доиграть.
- Вот. Детская - моё изобретение. Когда внутри родители, никто не может слышать, что происходит здесь. Идею я позаимствовала, а чары крови наложили мы с Люциусом. Если Малфой-мэнор падёт от апокалипсиса, то детская останется стоять, как оплот, - леди Малфой передала ребёнка матушке, отойдя к Люциусу и компенсируя расставание с сыном объятиями мужа.

+3

6

Как и всякая мать, мадам Блэк желала для своих дочерей всего самого лучшего. Как и всякая представительница высшего общества, она понимала, что таковым в их случае будет в частности пиетет со стороны нареченного, а также его умение (и желание) оценить по достоинству леди, которой суждено стать его супругой, тем более если оная носит фамилию благороднейших и древнейших. Люциус все заявленные качества продемонстрировал. Друэлла со своей стороны посчитала сей факт наилучшей данью уважения, которая только может быть проявлена по отношению и к ней самой, и к Нарциссе, и, разумеется, не могла не ценить.
Миссис Блэк царственно кивает и поднимает кубок с вином, мимоходом успев заметить, что старые друзья в состоянии проложить тропинку куда угодно, и именно потому – незаменимы и незабываемы. Пригубив немного эльфийского красного, женщина неторопливо ставит кубок на место и переводит взгляд на младшую дочь, согласившуюся выполнить странную на первый взгляд прихоть своей матушки. Догадалась ли о её намерениях? Цисси вообще никогда не разочаровывала родителей (да что там, вообще никого), однако, порой, женщина задумывалась, не слишком ли она требовательна к младшей. Но вот уже несколько лет мадам Малфой раз за разом доказывала, что сомнения эти беспочвенны.
Оказавшись в детской, Элла дала дочери несколько мгновений общения с сыном, прекрасно понимая, что нет ничего более священного и хрупкого, нежели духовная близость между матерью и её чадом. Себе же миссис Блэк дала возможность лишний раз осмотреть детскую и убедиться, что комната – еще одно доказательство безосновательности её переживаний, касательно порога, запрашиваемого Друэллой в частности и предъявляемого аристократией вообще. Так может не стоит ходить вокруг да около и сказать все, как есть. Тем более, что подслушать это признание, по словам леди Малфой, коим не доверять нет никаких причин, никто не сможет.
− Здравствуй, Драко, − тепло произносит Элла, взяв на руки внука. – Я по тебе соскучилась, − вопреки собственным ожиданиям, она, что так и не смогла подарить мужу наследника, не ощущала ревности, хотя не исключала подобные неуместные по отношению к собственной дочери чувства. Но, едва новость коснулась её слуха, женщина не испытала ничего, кроме искренней радости за Люциуса и Нарциссу, в очередной раз продемонстрировавшую собственную идеальность.
Юный лорд Малфой, тем временем, завороженный блеском фамильных драгоценностей, решил лично обследовать блестящие камушки, дабы решить, достойны ли они украшать шею его почтенной grand-maman.
− Они тоже мне нравятся, милый, − мягко замечает Друэлла. – Но может ты сделаешь мне еще несколько? У тебя тут целая лаборатория, − жест рукой в соответствующем направлении, где оная и располагалась. Пусть в ней можно было найти лишь ингредиенты, чтобы смешивать зелья (не совсем настоящие, надо полагать), супруги наверняка не откажут единственному сыну в такой мелочи, как небольшое расширение той самой лаборатории, дабы ребенок смог выращивать искрящиеся кристаллы. – Чудесный будет бабушке подарок на Рождество, − возвратив внука к прерванному занятию, миссис Блэк тем не менее вовсе не спешила покидать комнату. – Ты весьма кстати поддерживаешь жену за плечи, Люциус, потому как она может упасть в обморок, − тихим голосом, дабы не отвлекать Драко от его весьма важных исследований, начала женщина. – Новость в прямом смысле сногсшибательные. Министерство Магии ударилось в паранойю и решило, что им непременно нужно доподлинно знать, чем живет почтенная чета Малфой. Буквально по минутам, − многозначительно добавляет Элла, бросив взгляд через плечо. Внук как ни в чем не бывало смешивал одному ему известное зелье.

+3

7

Пока женщины были заняты маленьким Драко, Люциус терпеливо ожидал, когда же случится то, что оправдает его присутствие в детской. И трижды глупцом был бы тот, кто стал бы утверждать, что лорд Малфой равнодушен к сыну, ведь это означало бы то, что мужчина равнодушен и к самому себе. Глупо, не так ли?
Драко был его наследником, и пока у него было все самое лучшее из того, что в состоянии были обеспечить родители. Самому Люциусу, к примеру, в ранние годы жизни подобным не пришлось бы хвастаться в силу того, что у его отца были свои собственные принципы воспитания, на которые не оказывала влияния миссис Малфой. И если уж Нарцисса так самозабвенно любила их мальчика, то пусть и в дальнейшем играет роль защитницы от сурового отца, которым сын неизбежно будет считать родителя до тех пор, пока не поймет…
«Я своего отца понял. Но простил не за все».
Когда же, наконец, миссис Блэк озвучила то, что и стало причиной ее незапланированного визита, Люциус не стал скрывать своего удивления и разочарования. Конечно, чего-то подобного и следовало ожидать от Министерства…
- Я надеюсь, что среди работников Министерства процент самоубийц, способных попытаться проникнуть на территорию Мэнора не велик. Не хочется каждый день тратить время на написание очередной объяснительной и беседы с теми, кто обычно собирает останки, - несмотря на презрение, сочившееся из этих слов, и убежденность в наличии кабинетных крыс, понятия не имеющих, на что способна родовая магия, трезвые головы в том же Аврорате должны были остаться. И даже если этим головам до одури хочется сцапать самого Люциуса, они в итоге должны понять, что иногда полезнее давиться слюнями в предвкушении, нежели действовать.
«Иное дело – за пределами этих стен…»
- Может быть, Нарцисса, нам стоит выслать любознательным господам наш график на ближайший месяц? – усмехнувшись, волшебник дотронулся губами до светлых волос супруги. Нет, паниковать было рановато, однако то, что подобные сведения приходилось узнавать от Друэллы Блэк, а не от человечков, которым Люциус по доброте душевной собирался обеспечить безбедную старость в обмен на небольшие услуги, было неприятно. И даже неважно, переметнулись ли информаторы или же попросту оказались некомпетентными – присутствия обеих категорий людей в своих делах Малфой на дух не выносил. И теперь о безбедности кое-кому можно было забыть и до старости дожить будет непросто. Но с возмездием придется подождать до тех пор, пока даже Аластор Муди не признает бесперспективность попыток отправить кого-либо из Малфоев или же их близких на скамью Визенгамота.

+3

8

- Драко уже держится на метле, мама, - не выдержала материнская гордость Нарциссы, добавившая в диалог матери с сыном нотки другого счастья. Сыну было почти полтора года, а он уже умел пользоваться фиалами с котлом, держался на игрушечной метле и очень редко плакал, что не могло не радовать леди Малфой. Детских капризов она совершенно не переносила - мигрень, которая и так часто нападала на неё в каменных стенах от обилия благотворительной работы, была верной спутницей любых детских криков. То ли Драко в год с небольшим понимал мать, то ли он по жизни рос спокойным, то ли унаследовал родительские темпераменты, но слезы с криком ему почему-то были чужды. Он был идеальным мальчиком, вершиной генетических переплетений чистокровных семей. - Но блестящие камушки всё равно любит.
Нарцисса усмехнулась - и сама не знала, что её веселит больше, маленькие ручки Драко, которые дёргали маму за фамильные драгоценности, или известие, которое озвучила она же. Малфой-мэнор был крепостью, апокалипсис мог его затронуть только изнутри - да и то было утверждением сомнительным, потому как флегматики Люциус и Нарцисса, и меланхолик свёкр явно нуждались в ещё одном горячем элементе, чтобы попытаться хотя бы поскандалить. Детская вот была крепостью в крепости. И вообще, защита всей этой последовательности твердынь являла собой своего рода памятник идиотизму, который был воздвигнут всем тем идиотам, которые захотят его исследовать без разрешения.
Перед глазами возник момент почти десятилетней давности - Беллатрикс уничтожила мальчика ещё быстрее, чем таракана, просто затащив его внутрь. Волшебная палочка незадачливого комиссара Мегре разлетелась тогда на куски, когда заклинанием её вышибло у хозяина просто в сторону дома.
- Конечно, - Нарцисса уже обдумывала, сколько пергамента с вежливостями и экзерсисов в дипломатии не увидят журналисты вроде Скитер, которых мадам очень старательно оповещала об успехах и благих начинаниях общества "Милосердие", основанного ей самой пару недель назад. Всё будут и так знать министерские, в душах которых появится червоточинка - если они подозревают людей, лично помогающих всем жертвам магической войны, то кто же их действительные враги? Маленькая ложь рождает большое подозрение. - Нам составлять два графика, или вышлем общий, сводный, на пергаменте общества "Милосердие" за печатью? - и тут мадам Малфой развеселилась ещё больше. Министерство, конечно, идиотами не было, но слежка за Малфоями выглядела предприятием таким же безнадёжным, как попытка уговорить стадо акромантулов безвозмездно поделиться ядом за спасибо и весёлую песенку про василиска. Впрочем, в этот раз Нарцисса обрадовалась ещё и тому, что английская фраза "за печатью" звучала так же, как и бессмысленное выражение "под тюленем", что в дурацком контексте министерских сексуальных извращений следить за Малфоями внутри их дома выглядело очень даже адекватненько.
- Я бы ещё табличку повесила на воротах, что проходить внутрь без приглашения - на свой страх и риск. А так... Живём как обычно, вне домов глав рода бываем пореже, и... Мама, скажи, может быть ты знаешь... Они следят уже или хотят следить? - в голове мадам Малфой прокрутились события последних дней. Что же такого произошло на допросе у Люциуса? Веселить, конечно, мысль о том, что Министерство хочет подглядывать за эстетически красивыми Малфоями, могла сколько угодно. Нарцисса посмотрела на Драко, которого ничто не могло оторвать от собственной лаборатории. Расставаться с ним хотелось ещё меньше, чем оказаться в Азкабане, где ей вряд ли дадут одну камеру с Люциусом, но безопасность сына была важнее всего.

+3

9

Если бы Нарцисса прямо сейчас лишилась чувств, мадам Блэк не обвинила бы её и даже не сочла бы это за проявление слабости. От подобного хамства со стороны чиновников Министерства, она сама потеряла пусть не сознание, но дар речи, что тоже немало, учитывая испытания, выпавшие на долю Друэллы. В числе прочего – первенец, подавшаяся в Пожиратели Смерти, сбежавшая дочь, имя которой даже поминать не хочется, отсутствие наследника, смерть мужа, угроза пожизненного заключения для Беллатрикс, тучи, готовые исторгнуть громы и молнии над головой лорда и леди Малфой, а также исчезновение благороднейшего и древнейшего рода всея Магической Британии. В общем и целом, вполне обычный, даже банальный список злоключений среднестатистической домохозяйки.
Впрочем, стоит возвратиться к делам более насущным.
− Уже начали, − роняет мадам Блэк, полагавшая, что просьба перейти в единственную комнату, защищенную кровной магией от любого рода прослушивания, было достаточно красноречивой демонстрацией уже свершившегося факта слежки за супругами. − Со всем рвением и усердием, − что греха таить, чересчур спокойная реакция лорда и леди Малфой женщину несколько озадачила. – И все было бы гораздо проще, пожелай Министерство взять замок штурмом, − закончилось бы все точно так, как и сказал Люциус. Отважившиеся глупо, но крайне героически погибли бы смертью храбрых, а от зятя потребовали бы объяснительную, почему родовая магия взяла и сработала против непрошенных гостей. – Но они готовятся к осаде, − в переносном смысле, конечно. У чиновников развязаны руки и вряд ли они не воспользуются подобным преимуществам и остановятся только лишь на допросах. Перспективы поймать кого бы то ни было из числа чистокровных семей на горячем сулит слишком заманчивы, чтобы перед ними устоять. Отчего бы не приспособить поместья Лестрейджей для какого-нибудь тренировочного центра для авроров? А из Малфой-Мэнора может получиться отличная загородная резиденция для нового Министра Магии. Есть из-за чего лезть из кожи вон. – Вряд ли вы будете готовы к обыскам. Смею уверить, что подобное развитие событий не настолько далеко от реальности, как того хотелось бы. Будто вы и не знаете – они же каждую щель обследуют, каждый кровный затвор попросят снять. И не стоит обольщаться, что можно будет ответить отказом или как-то помешать этому. Потому что тогда они обнаглеют в конец и перейдут в открытое наступление, −фантазия на пакости у них работает даже слишком хорошо, в этом ни у кого сомнений быть не может. – Кто знает, на что они решатся. Мне известно лишь, что готовы они на многое. И всем набором инструментов они располагают, − миссис Блэк бросает взгляд на проявлявшего интерес к разговору Драко и улыбается ему, кивая на его собственные приборы. Юный лорд Малфой мгновенно вновь погружается в работу над блестящими камушками, а женщина оборачивается, и добавляет уже много тише: − может найдут способ опечатают ваши счета в «Гринготтс», а может посулят Блэку свободу в обмен на имена, которые хотят видеть в списке будущих подсудимых. Вариантов слишком много, нам остается только гадать.
Вот только одна неприятная истина предстала непреложное и ясной – чистокровные волшебники оказались куда более уязвимы, чем они сами думали. Элла осознала это раньше, чем её спустили с небес на землю теми грубыми способами, которыми наверняка не будут гнушаться, если дело касается подозреваемых хоть в малейшей провинности. Не может быть, чтобы Нарцисса и Люциус этого не понимали. Или все-таки может?

+2


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » fountain of wine » 30.11.81 Cherchez la femme!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC