Incerta. 1981: switching sides

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » bewitched sleep » 4.01.80 Surprise pregnancy announcement


4.01.80 Surprise pregnancy announcement

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

SURPRISE PREGNANCY ANNOUNCEMENT
– I’ll be home in time for dinner, honey.
– Alright – I’m pregnant  – Have a fine day at work, dear.

http://5.6.firepic.org/5/images/2015-09/04/zfwjw5805lnd.gif http://5.6.firepic.org/5/images/2015-09/04/1iy0ywd4lypy.gif
Frank & Alice Longbottom
4 января 1980, дом Фрэнка и Алисы.
Заводить детей в разгар войны? Почему нет, когда да.

0

2

Уборная на втором уровне занимает первое место по популярности посещений в персональном списке Алисы Лонгботтом. Ей становится то душно, то холодно, из-за чего приходится постоянно дергаться, чтобы открыть или закрыть окно. Посторонние запахи раздражают рецепторы, и Алиса спустя несколько секунд после того, как молодой стажер достает принесенный из дома сэндвич, вылетает из офиса. Ее полощет добрых десять минут, прежде чем она наконец может выпрямиться и умыться холодной водой. Алиса глядит на себя в зеркало и видит там свое неестественно бледное отражение. Она прикидывает, кто и каким образом смог наслать на нее проклятье, выпивает несколько капель зелья, но тошнота (кажется, становящаяся ее перманентной спутницей) не проходит ни к вечеру, ни к следующему утру. Алисе приходится взять отгул на сутки, что ее вовсе не радует. Впрочем, торчать, согнувшись в три погибели над унитазом, в женском туалете ей не нравится тоже.
Неизвестного рода болезнь начинает приобретать менее абстрактные причины, когда Алиса задумчиво листает справочник по колдомедицине. Старая книга с пожелтевшими страницами ответов никаких не дает, зато Алиса принимается высчитывать цикл: задержки ее не смущают сами по себе, так как гормональные сбои – явление нередкое на фоне постоянного стресса, без которого невозможно представить работу в Аврорате, особенно в такое время. Но задержка в комплекте с тошнотой и головокружением наводит на определенные мысли. И теперь, когда из имен убитых можно составить огромный мартиролог, назвать эти мысли безмерно счастливыми попросту не поворачивается язык.
Она окунает перо в чернильницу, сосредоточенно покусывает мягкий кончик, но в итоге оставляет лишь пару клякс и сминает испорченный пергамент. Сообщать матери новость не особо хочется ни в письменном, ни в устном виде. Тем более, до того момента, пока она не поделится с Фрэнком. А как сказать Фрэнку о беременности теперь, спустя столько лет с того момента, когда они уже отчаялись завести ребенка, Алиса не знает. Вернее, знает: открыть рот, произнести три слова, и вуаля – дело сделано. Но вопрос о его реакции все еще остается открытым. Рожать сейчас – все равно, что устроить пир во время чумы; натуральная вакхическая песнь среди дребезжащих и кособоких повозок с наваленными трупами. И если метафора с повозками остается метафорой, то трупы самые что ни на есть настоящие.
С работы Фрэнк возвращается за полночь; уставший и явно вымотанный. Алиса через силу улыбается, оставив контрольный поцелуй на его щеке, и пасует, как последняя трусиха: днем убеждать себя в том, что она все расскажет как только, так сразу, было намного проще, чем действительно это сделать. Алиса мудрено ругается про себя (когда работаешь в обществе матерых авроров, сложно не подцепить хотя бы минимальный набор замысловатых выражений, которым не учат приличных девочек в чистокровных семьях); она сидит в длинном коридоре на полу рядом с дверью в ванную комнату и нервно барабанит по согнутому колену ногтями. Шум воды успокаивает не хуже умиротворяющего бальзама (или все-таки стоит отдать должное последнему?). Однако когда он прекращается, Алиса замирает, а затем поднимает взгляд, чтобы посмотреть на вышедшего Фрэнка. Он выглядит слегка удивленным, и у Алисы просто нет других вариантов, кроме как честно объясниться: ложь и недоговорки даже по мелочи она не приемлет от слова «совсем».
Она опирается ладонями о стену, чтобы встать на ноги: голова все еще кружится от резкой смены положения. Алиса кутается в домашний вязанный кардиган, хотя на самом деле ей отчего-то становится жарко; собирается с мыслями и тяжело выдыхает.
- Я беременна, Фрэнк, - она хмурится, уставившись в пол; удивительно, как ей хватает смелости смотреть противнику в скрытое маской лицо, и совсем недостаточно отваги для того, чтобы взглянуть Фрэнку в глаза.

Отредактировано Alice Longbottom (05-09-2015 22:56:48)

+3

3

Нельзя назвать Фрэнка невнимательным (профессия, все-таки, обязывает к обратному) или незаинтересованным в проблемах собственной жены, но очевидное недомогание Алисы он умудряется проигнорировать целиком и полностью: люди, зовущие себя Пожирателями Смерти, не желают делать перерыв на рождественские праздники. Напротив, именно расслабляющую праздничную суматоху они используют первым делом, чтобы вновь устроить беспорядки и поднять на уши весь аврорат. Смены постепенно становятся все длиннее, передышки, напротив, урезают до необходимого минимума: в такие времена на работе остаются лишь идейные; прочие, заинтересованные в легкой славе или деньгах, не проходят даже стажировку — выбирают другие, куда более безопасные во всех смыслах департаменты. Очевидная нехватка кадров сказывается на графике Фрэнка не лучшим образом: личная жизнь плавно становится крайне иллюзорным понятием, эдаким приветом из прошлого. Он не жалуется, но не может скрыть недовольство, когда в очередной раз возвращается в пустой дом; Алисе достается ничуть не меньше, и порой они не разговаривают в буквальном смысле неделями — попросту не находят времени ни друг на друга, ни на самих себя.
Вода частично снимает накопившуюся за день (и вечер, и начало ночи, чтоб его) усталость; позволяет ненадолго расслабиться и перестать задумываться о том, что будет завтра. Фрэнк зевает до хруста челюстей, завязывает гашник мягких домашних штанов и выходит из ванной, тут же настороженно застывая в пространстве. Алиса сидит на полу, старательно отводит взгляд и выглядит такой потерянной, словно только что получила сову с крайне неприятными новостями. Опираясь на стену напротив, он с трудом воздерживается от вопросов — как, что, все ли в порядке с родными; слишком много предположений, одно хуже другого — и терпеливо ждет, пока она соберется с мыслями, чтобы все рассказать. Когда Алиса, глубоко вдохнув, сообщает о своей беременности, Фрэнк непроизвольно улыбается. Несколько мгновений; прежде, чем до него доходит вся суть ее слов.
Оцепенелое молчание на этот раз длится значительно дольше. Он, как и Алиса, упорно смотрит в пол и малодушно чего-то ждет: пять секунд, десять, тридцать. Ждет, возможно, что она вот-вот виновато пожмет плечами и попросит выкроить время для совместного визита в Сент-Мунго — это ведь очевидно, от ребенка нужно избавиться; никто не даст им самого крошечного шанса на долгую и счастливую жизнь; никто вообще не поставит на их жизнь ни кната. Фрэнк знает, что если Алиса об этом заговорит, он моментально поддержит ее решение. И от этого ему становится противно; отвращение к себе — к липкому, мерзкому страху — захлестывает Фрэнка с головой. Оно же, в конечном итоге, придает смелости.
— Все в порядке, — непонятно к кому обращаясь, говорит Фрэнк и делает шаг вперед; мягко обнимает Алису за талию, касается губами виска, зарывается пальцами в короткие светлые волосы.
— Все будет хорошо, — он в этом категорически не уверен, но знает, что должен; должен быть уверен. Фрэнк, в отличие от Алисы, умеет притворяться и лгать. Остается лишь поверить в то, что конкретно эта ложь в итоге обернется благом.

+3

4

Молчание Фрэнка только лишний раз подтверждает то, что Алиса знает и сама: сейчас беременность желанной назвать очень сложно. Угроза, нависшая над магической Британией, не обходит стороной никого. Пожиратели не щадят ни детей, ни тем более женщин. И их ребенок не станет исключением: имена Фрэнка и Алисы постепенно обретают славу, которая идет с обязательным довеском в виде постоянного риска. Иногда Алиса задумывается, почему личности авроров вообще афишируются – в связи со сложившейся ситуацией это все равно, что выдать личное дело каждого в руки Пожирателям: опасности подвергаются не только они, но и их семьи.
Она мнет край кардигана, упирается костяшками пальцев в ключицу и бесцельно рассматривает повторяющийся орнамент на длинном темном ковре; Алиса не может сказать, что не хочет этого ребенка, потому как это будет натуральным обманом. Впервые за долгие годы замужества ей выпадает шанс наконец родить; и если не воспользоваться им сейчас, неизвестно, появится ли таковой снова. Но и настаивать на том, чтобы оставить ребенка, Алиса тоже не имеет никакого права. Просто-напросто не в ее власти самостоятельно принять решение, которое должно быть обоюдным.
Фрэнк нарушает гнетущую тишину и подходит ближе; заверяет Алису в том, что все в порядке. Она утыкается лбом в его плечо, обнимает Фрэнка и очень хочет поверить, когда он обещает (убеждает?), что все будет хорошо. Гарантировать это им не может никто: ни министр, ни Барти Крауч, собравший в кулак весь отдел обеспечения магического правопорядка, ни Альбус Дамблдор вместе с Орденом Феникса.
Чуть отстраняясь, Алиса поднимает голову: внимательно рассматривает Фрэнка и только теперь, в тусклом свете бра, развешенных по стенам вдоль коридора, замечает, как сильно он изменился за двенадцать лет. На смену мальчишке с горящим взглядом и гигантским багажом амбиций пришел взрослый человек, ясно осознающий, что работа в аврорате требует полной отдачи в режиме двадцать четыре на семь и, что важнее, всегда сопряжена с перманентным риском, который не оправдывается ни количеством галеонов, пополняющим ежемесячно его хранилище в Гринготтс, ни известностью, измеряющейся номерами «Пророка» с упоминанием его имени.
– Знаю, сейчас совсем не время, – Алиса качает головой и прикусывает язык – речь ей дается очень тяжело, однако она заставляет себя продолжить. – Правильнее было бы попробовать потом, когда все закончится. Но… – она снова замолкает, оставляя неозвученным закономерное опасение: «потом» может не получиться. Пренебрежение возможностью – даже самой микроскопической – родить от Фрэнка представляется ей едва ли не преступлением против себя.
– Но еще не поздно обратиться в Сент-Мунго, – Алиса упирается ладонями ему в грудь и злится на себя за то, что в ее голосе столько неуверенности.

+3


Вы здесь » Incerta. 1981: switching sides » bewitched sleep » 4.01.80 Surprise pregnancy announcement


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC